ВСЕ О МИКРОВОЛНОВКАХ

Как это ни покажется странным, но гораздо больше о феномене СВЧ-печи вообще и  микроволновой кулинарии в частности, можно узнать, анализируя саму историю информации о ней. США – родина этой технологии и ее бытового воплощения – прошли долгий и неоднозначный путь в процессе привыкания и осмысления этого кухонного прибора. За те почти 30 лет – с начала 70-х, когда розничная цена печи стала более-менее доступной рядовому кулинару и до начала 90-х, когда микроволновка стала обязательным предметом интерьера каждого американского дома и офиса, фантазия досужих журналистов породила невероятное количество легенд и страшилок, баек и просто откровенного бреда, посвященного микроволновой печи. И к моменту, когда страсти американского потребителя наконец-то улеглись, а скандальная пресса потеряла к СВЧ-излучению всякий интерес, на просторах необъятного СССР случилась перестройка, и о микроволновых печах узнал непуганый буржуйскими техническими чудесами советский народ…. и все началось по новой.

Как в бытовых условиях смастерить из магнетрона космический плазмаган? Как заморить в печи кошку и получить за это миллион долларов компенсации? Какой толщины свинцовый фартук лучше всего подойдет для нахождения рядом с печью? Почему фашисты сожгли и съели чертежи своей первой СВЧ-печи? На все эти вопросы с удивительным знанием дела отвечали опьяненные свободой слова советские журналисты в первые годы перестройки. До сих пор в рунете периодически слышно эхо тех лихих лет в виде тематических форумов молодых мам, которые, как известно, радостно и с энтузиазмом ищут, чего бы еще такого бояться, о чем можно поговорить.

Резюмируя все вышесказанное, мы возьмем на себя смелость утверждать, что 99% всех параноидальных маний, порожденных фактом существования микроволновой печи, являются не более чем средством заработка той категории  журналистов, у которой нет других средств заработка.

Однако современная наука благосклонно оставила нам еще 1% неизведанных тайн микроволновой печи. Тайны, как водится, остались самые пугающие.
Основная причина для беспокойства состоит в том, что никто и никогда еще не проводил исследований воздействия микроволнового излучения на полимеры и прочие углеродные композиты. Или, говоря проще, на пластик. То есть, когда нам говорят «используйте пластиковую посуду», то фактически нам предлагают иметь дело с миллионами разновидностей пластика, существующих сегодня в арсенале неорганической химии. Даже выглядящая внешне как картонная или керамическая посуда, на самом деле, скорее всего, продукт именно полимерного производства. И если нам периодически рассказывают о вреде формальдегидов и фторо-хлоросодержащих материалов и о том, как с этим борются производители ламината и меламина, то о том, как ведут себя компоненты пластиковой чашки при облучении волнами частотой 2,45 гГц – пока никто еще не знает. Поэтому для избавления от страхов лучше всего пользоваться или чистым (без примесей и колеров) стеклом или пластиковой посудой известных мировых производителей. Как минимум, если что, будет понятно, с кого ссудить тот самый заветный миллион долларов компенсации.

Вторая (и, к счастью, последняя) опасность подстерегает пользователя при приготовлении сырого мяса или рыбы. Как известно, микроволны воздействуют только на атомы молекул воды и, соответственно, микроволны могут теоретически нагреть продукт максимум до 100 градусов (на практике не более 95 градусов). Также известно, что далеко не все патогенные микроорганизмы охотно погибают при такой температуре, особенно, если они находятся в состоянии куколок или яиц – природа позаботилась о надежной термической защите оболочек микроорганизмов в детском возрасте. Согласно исследованиям, установлено, что микроволновое излучение может попортить нервную систему некоторых паразитов, лишая их дара размножения, но, во-первых, даже гельминт-импотент не становится от этого менее противным. Во-вторых, не у каждого зловредного микроба есть нервная система достаточной сложности для губительного воздействия на нее микроволнового излучения. Ну, а, в-третьих, подобные исследования опять же бессистемны и не охватили и 10% той микрофлоры, которая может нанести вред здоровью или как минимум вызвать аллергию. Поэтому тезис «горячо сыро не бывает» не всегда уместен для микроволновой кулинарии. Обработка сырых продуктов только микроволнами недостаточна для биологической безопасности – обязательно добавляйте режимы конвекции или гриля с температурами более 200 градусов.

Принцип работы нагревательного эффекта микроволнового излучения – вибрация молекул воды со скоростью более чем миллиард раз в секунду.

Как видно – все проблемы, связанные с использованием СВЧ-печей в быту, хоть и серьезные, но вполне решаемые на бытовом же уровне. Немного внимания к выбору продуктов и торговых марок, немного логики и здравого смысла и микроволновая печь станет вашим лучшим и, главное, абсолютно безопасным другом.

Что же касается негативных последствий электромагнитного излучения, то смеем вас заверить – еще никто, нигде и никогда не пострадал от этого явления природы. Электромагнитное излучение различной мощности и интенсивности было, есть и будет всегда. Его излучает и наша галактика, и наше Солнце, и наша планета, и мы сами. И даже Большой Взрыв – момент возникновения нашей вселенной – спустя сто миллиардов лет продолжает облучать нас смертоносным реликтовым излучением. Спрятаться от него невозможно, рассуждать о его вреде или пользе бессмысленно. С бытовой же точки зрения можно ограничиться всего тремя исчерпывающими советами:

1. Не перегружайте малогабаритные помещения электроприборами, тем более мощными или с избытком радиоинтерфейсов. Каждый прибор в отдельности безопасен, но когда их собирается некоторое количество на квадратный метр, то уже ни одна СЭС не сможет гарантировать, как их суммарное излучение и интерференция полей скажется на вашем здоровье.

2. Не пользуйтесь неисправными приборами и электропроводкой. Используйте заземление – его не просто так придумали. Не занимайтесь любительским ремонтом бытовой техники. Техника, какая бы надежная или дорогая она не была – протестирована на безопасность только для штатных режимов работы. Если в ней что-то нарушилось или изменилось, никто, включая самого производителя, уже не сможет сказать, безопасна она теперь или нет.

3. Не доходите до абсурда в экономии – не выбирайте технику, ориентируясь только на цену. Современный рынок всегда предоставляет возможность найти экономичную модель от производителя, у которого есть как минимум сайт с телефоном и физическим адресом. Естественно, очень желателен у торговой марки фирменный или авторизованный сервис-центр. Выход из строя прибора еще можно пережить, но пожар или ущерб здоровью – это уже серьезно.

Вряд ли кто-то в 21 веке ассоциирует слово «печь» с кирпичным монстром в центре избы. Для большинства печь – это, в первую очередь, микроволновая печь.

Итак, если вы после всего прочитанного, все еще интересуетесь микроволновыми печами, то перейдем к более приятным аспектам взаимодействия с этим артефактом технической мысли.

СВЧ-печь, какой мы ее знаем сегодня, окончательно сформировалась в начале 70-х годов усилиями японских инженеров и дизайнеров. Поэтому японские торговые марки вполне заслуженно занимают место «главных по печам». Американские компании как изобретатели самой идеи применения волн сверхвысокой частоты в кулинарии, тоже имеют довольно большой вес в индустрии, но, если говорить о европейском рынке вообще и российском в частности, то влияние импорта из США минимально, поэтому имеет смысл рассматривать продукцию только одного заокеанского производителя WHIRLPOOL. Также в табели о рангах индустрии стоит отметить колоссальную работу корейского бренда SAMSUNG по глубине изучения темы и контролю качества своей продукции.

Поэтому если говорить о микроволновых печах, о которых есть, что сказать, то разговор пойдет о продукции компаний SHARP, PANASONIC, WHIRLPOOL и SAMSUNG. Позвольте, спросит читатель, а как же наши любимые немцы, шведы и итальянцы?
Как ни странно, Европа решила не заниматься самостоятельной разработкой микроволновых печей и доверилась OEM компонентам и технологиям корейских коллег из SAMSUNG. Шведский ELECTROLUX по привычке просто купил сначала одного из первых американских производителей – компанию TAPPAN, а потом и одного из крупнейших – KENMORE, но ярко выступить на европейском рынке не смог – так и остался со своими покупками в США. Американский WHIRLPOOL, создав совместное предприятие с голландским PHILIPS и обустроив дизайн-центр в Италии, стал видным и динамичным игроком на европейском рынке. Тяжеловесы же индустрии –  SIEMENS, MIELE  и иже с ними – серьезно сосредоточились только на встраиваемых печах, спозиционировав отдельностоящие приборы как экономичный сегмент с производством в Китае и незатейливым функционалом.

Японский инженер Кейша Огура создал конструкцию магнетрона, собираемую на конвейере из 4-х деталей, что позволило снизить его стоимость с 250 до 25 долларов. Этот факт считается вторым рождением микроволновой печи.

Поэтому, если вы приглядываетесь к комплекту встраиваемой техники от известных европейских производителей, то беспокоиться о качестве микроволновой составляющей гарнитура не стоит. Но при выборе отдельностоящей печи, советуем сравнивать модели четырех вышеуказанных марок.

Но и тут не все так однозначно. В эпоху глобализации экономики любой производитель вынужден заниматься оптимизацией своей маркетинговой политики, поэтому все крупные игроки рынка разделяют рынки сбыта и, соответственно, ассортимент на две категории. Первая категория – это флагманские модели с максимальным набором инноваций и добросовестным контролем качества. Как правило, у каждого бренда это 5-6 «любимых» моделей, которые разрабатываются для того, чтобы продаваться не менее 5-6 лет на тех рынках, где есть достаточное количество покупателей, понимающих, что такое качество, и готовых за это платить адекватную цену. Помимо этого, у каждого современного бренда есть ассортимент из 20-30 моделей низшего ценового сегмента, на которых, как правило, от самого бренда только логотип. Поэтому важно понимать, что не всякий Панасоник – панасоник. Для проверки понравившейся модели на «настоящесть» не поленитесь побродить по сайтам выбранного бренда в США, Японии, Великобритании или Германии. Если данная модель предлагается и на рынках этих стран, то за соответствие цены и качества можно не беспокоиться. Если же стоит задача купить просто печь, например, в общежитие или в офис, потратив минимум денег на минимум функций, то бренд уже совершенно не важен: и Панасоник и NoName в этом сегменте цены собираются на одном конвейере в Китае порой даже без ведома головного офиса Панасоника.

Поскольку главная отличительная черта СВЧ-печи от прочих приборов для приготовления пищи – это наличие именно микроволн, то остановимся на них подробнее. Как ни странно, но идеал для этого вида нагрева пищи оказался недостижим. То есть, он возможен теоретически, но применить его в быту на кухне невозможно. Как все знают – длина волны частотой 2,45 гГц равно 12,6 см. Нехитрый расчет показывает, что камера печи, где волна такой длины могла проявить себя наилучшим образом (то есть, показать рекордные 100% КПД), должна быть параллелепипедом с размерами 52х57х58 см, ну или, как минимум, длиной в 58 см. То есть, это должен быть шкаф с внутренним объемом 172 литра, или, другими словами, – почти, как холодильник. Естественно, что такая печь мало кому нужна на кухне. Статистика говорит, что самые популярные размеры печей у европейцев 18, 20 и 25 литров. Соответственно основная задача инженеров – заставить микроволновое излучение быть максимально эффективным в размере далеком от оптимального. Первым с этой проблемой столкнулся еще сам изобретатель печи Перси Спенсер в 1945 году. Будучи человеком пытливого ума и нестандартного мышления он придумал две хитрости, которые улучшали эффективность микроволн в малом объеме – вращающуюся тарелку и вращающийся же отражатель волн (диссектор). Обе эти хитрости в неизменном виде дожили до 21 века. Сегодня можно встретить микроволновые печи без вращающейся тарелки со спрятанным под днищем отражателем. Производители таких печей говорят, что им удалось сохранить эффективность облучения без вращения самого продукта, но никаких сравнительных тестов никто пока еще не проводил, поэтому авторы статьи скорее будут выступать на позициях ренегатства и консерватизма, ибо согласно законам волновой физики – лучше пусть вращается.

Механическое вращение тарелки, хоть и выглядит процессом морально устаревшим, но еще не скоро будет побеждено диссектором.

Одним из самых узких мест в технологии микроволновой обработки пищи является фактор неравномерности нагрева. Волна, отражающаяся от стенок печи, хаотична и не поддается ни математическому ни экспериментальному моделированию, поэтому в микроволновке практически невозможно равномерно прогреть большие массивы продукта. Излучение проникает в толщу продукта на глубину от 2 до 5 см в зависимости от содержания в продукте влаги. Естественно, унифицировать и стандартизировать все виды помещаемого в печь невозможно. Отсюда два вывода – не следует гнаться за мощностью магнетрона: увеличение мощности излучения приводит только к большему температурному контрасту между поверхностью и внутренностью продукта. Замороженное филе рыбы, например, массой 2 кг будет уже кипеть и вариться по краям, но внутри все еще будет лед. Поэтому идеальный вес для разогреваемого/размораживаемого продукта – до 1,5 кг. Второй вывод, как ни странно, выглядит очевидным – используйте микроволны по назначению, то есть, разогревайте и размораживайте ими те продукты, которые специально предназначены для микроволновой обработки. Современная пищевая индустрия неуклонно наращивает ассортиментное разнообразие полуфабрикатов, предназначенных специально для микроволновых печей. Индустрия быстрозамороженных продуктов так же стандартизировала расфасовку под фиксированные программы микроволновой разморозки. И, если соблюдать принципы технологической стандартизации и выполнять указания на этикетках продуктов, то общение с печью и ее программами не будет приносить ничего, кроме радости и удобства в ваш быт.